ООО «Тева»
Тел: +7 (495) 644-22-34
E-mail:info@teva.ru
ООО «Тева»
Тел: +7 (495) 644-22-34
E-mail:info@teva.ru

Новости Teva

7 марта 2017

Формула успеха фармбизнеса: этические принципы, партнерство и социальная ответственность

Лори Квайссер, директор по этике и стандартам ведения бизнеса Teva Pharmaceuticals, рассказала РИА АМИ о том, что дает этический кодекс фармацевтической отрасли, почему компания намерена стать лучшей в фармацевтической отрасли в этом направлении и зачем этические принципы ведения бизнеса должны преподаваться в вузах.

– Вы пришли в компанию в 2015 году, в сложный период для Teva. Связано ли ваше назначение с обвинениями со стороны Комиссии по ценным бумагам США в адрес Teva?

– Действительно, я пришла в компанию в июне 2015 года. Но мой приход никак не был связан с обвинениями, выдвинутыми в адрес компании Министерством юстиции США и Комиссией по ценным бумагам. В Teva я пришла, потому что здесь освободилась вакансия, поскольку мой предшественник покинул этот пост, и Teva искала человека, который имел бы серьезный опыт работы в фармацевтической промышленности и в области комплаенс, для того чтобы поднять эту деятельность на новый уровень.

Я пришла в компанию, имея 25 лет опыта работы в фарамацевтической отрасли, их них 17 лет я занималась именно комплаенс. До этого я работала в двух фармацевтических компаниях с оборотом в несколько миллиардов долларов, в том числе я была первым руководителем комплаенс в Eli Lilly, в которой я проработала почти 20 лет.

– Какие задачи были перед вами поставлены? Открывало ли руководство компании, приглашая вас, новую страницу в своей политике по этике и стандартам ведения бизнеса?

– Моя задача – сделать Teva мировым лидером в этой области. И да, с моим приходом руководством компании открывалась новая страница. Первое и основное изменение заключалось в том, что руководитель отдела комплаенс стал подчиняться непосредственно президенту компании, а отчитываться перед советом директоров компании. Это организационное изменение в Teva было сделано до моего прихода и было одним из тех факторов, что меня привлекли в эту компанию. Мы полагаем, что прямое подчинение руководителя комплаенс президенту компании делает работу в этой области более прозрачной и поднимает ее на новый уровень.

Было еще три крупных изменения. В 2016 году этический кодекс был обновлен, для того чтобы мы были уверены, что этические стандарты Teva были понятны каждому сотруднику, чтобы каждый проникся важностью личной ответственности за выполнение этого кодекса.

Также мы ввели количественные показатели для процесса подготовки персонала в этой области и добились того, что 100% сотрудников проходят через эту программу. В частности, все сотрудники проходят подготовку в области антикоррупционного и антимонопольного законодательств, и обязаны действовать, сообразуясь с ними.

Также необходимо было добиться определенного уровня персональной ответственности сотрудников в области комплаенс по всей компании. Все руководители компании должны ощущать свою личную ответственность.

– У вас богатый опыт работы в фармацевтической отрасли. В чем отличие Teva от других компаний в этой области?

– Меня привлекло то, что компания занимается как уникальными брендированными препаратами, так и генериками. Также необходимо отметить быстрый рост компании за счет поглощений. Teva очень быстро прошла путь от небольшой национальной компании в Израиле до первой десятки ведущих мировых компаний, а также стала самой большой компанией в мире, производящей генерики. Это делает компанию уникальной.

– Меня привлекло то, что компания занимается как уникальными брендированными препаратами, так и генериками. Также необходимо отметить быстрый рост компании за счет поглощений. Teva очень быстро прошла путь от небольшой национальной компании в Израиле до первой десятки ведущих мировых компаний, а также стала самой большой компанией в мире, производящей генерики. Это делает компанию уникальной.

– Наша задача – построить такую программу в области комплаенс, которая бы соответствовала как международным, так и национальным стандартам в каждой стране, где мы присутствуем.

Например, в России есть особенности в правилах взаимодействия фармацевтической компании с врачами, в том, какие маркетинговые приемы здесь допустимы. Например, в области организации конференций есть специфические требования – конференция должна быть не эксклюзивной, информация о ней должна быть открытой.

Помимо требований законодательства, в России мы придерживаемся целого ряда общих правил, установленных российской Ассоциацией иностранных фармпроизводителей – AIPM.

– Мешает ли строгое законодательство бизнесу компании в России?

– Не думаю, что в России законодательство делает работу более сложной, чем в других странах, потому что фармацевтическая индустрия – в принципе сильно зарегулированная отрасль. Мы привыкли к тому, что наша деятельность находится под контролем, и мы должны соответствовать правилам. Один из путей успеха здесь – это гарантировать, что все наши сотрудники прошли соответствующую подготовку.

Конечно, в России есть определенные сложности. И хотя я ни в коей степени не являюсь экспертом в области российского рынка, но знаю, что здесь есть определенные особенности, которые мы учитываем. В первую очередь – это ограничения во взаимодействии с медицинским сообществом, кроме того, мы должны особенно заботиться о том, чтобы наши местные партнеры и третьи лица соблюдали этический кодекс. Кроме того, есть и такие риски, как работа завода, взаимодействие с местными властями.

– Помимо Teva, разнообразные штрафы налагались практически на многие крупнейшие фамркомпании. Считаете ли вы, что виновата специфика отрасли или есть иное объяснение этому?

– Одна из основных причин появления таких проблем – это высокая зарегулированность фармацевтической отрасли во всем мире. Поэтому мы все наиболее уязвимы для всевозможных расследований и штрафов. Что касается России, то здесь правила, связанные с комплаенс, антикоррупционным законодательством, как в фармацевтической отрасли, так и в целом, являются относительно новыми, они появились не раньше десяти лет назад. И сама культура комплаенс в России находится в стадии развития. Для того, чтобы эти правила развились и устоялись в стране, требуется время.

– Если говорить о ваших планах в Teva, то что вы хотите построить в идеале?

– Хочу построить программу комплаенс, которая будет лучшей в фармацевтической отрасли, благодаря чему и компания станет наиболее уважаемой и будет пользоваться наиболее высокой репутацией.

Для этого необходимо работать в партнерстве с бизнес-подразделениями компании – чтобы предотвращать возникновение проблем. Мы укрепили и усилили наш отдел расследования, чтобы любые случаи нарушений оперативно расследовались и доводились до логического разрешения.

Мы ввели «горячую линию», чтобы сотрудники Teva и люди, не работающие в компании, могли звонить и делиться своей озабоченностью. «Горячую линию» открыли в 59 странах, она работает на 38 языках. Мы хотим, чтобы все наши сотрудники могли при необходимости ей воспользоваться.

Также мы наняли специалиста в области внутреннего аудита, в подчинении которого находится 42 человека. Также мы ввели в действие модель due diligence во всем, что касается участия поставщиков и третьих лиц. Мы централизовали работу всех региональных центров и ввели в действие программу мониторинга, чтобы контролировать любые отношения между сотрудниками компании и медицинским сообществом. Все это есть и в России, в том числе и «горячая линия».

– Как восприняли эти правила сотрудники, и что происходит, когда правила нарушаются? В России, например, возникала неприятная ситуация….

– Сотрудники компании в целом приветствовали изменения, особенно введение горячей линии, которая позволяет анонимно докладывать о любых имеющих место нарушениях этического кодекса или других проблемах. Офис всегда проводит расследование этих жалоб и старается максимально быстро решить проблему. Эти меры в целом повысили вовлеченность сотрудников в работу в области комплаенса.

Что касается России, то Teva здесь прошла сложный и долгий период, когда между 2013 и 2015 годами для компании существовали серьезные вызовы. В частности, связанные со сменой руководства компании и с тем, что значительное число сотрудников тоже попросили покинуть компанию. Конечно, это привело к внутренней напряженности. Но сейчас мы видим, что перемены были хорошо приняты сотрудниками компании, а требования комплаенса стали строго соблюдаться. Через вовлечение всех работников – а я много времени уделяю работе с сотрудниками компании – стандарты комплаенса помогают в сложных ситуациях принимать правильные решения.

– А насколько этические кодексы отличаются в разных фармкомпаниях? Есть ли отличия от других отраслей?

– Различия, конечно, есть. Но если говорить о крупных компаниях, таких как Eli Lilly, Novartis, Merck или Teva, то в целом требования похожи. Очень многие компоненты, которые используются в Teva, совпадают с теми, что используются в других отраслях промышленности. Вне зависимости от отрасли, в большинстве компаний есть и кодекс поведения, и система внутреннего аудита и мониторинга, и система подготовки персонала, и горячая линия, – это все стандартные наборы функций.

– Может быть, следует такую дисциплину, комплаенс, преподавать в вузах?

– Безусловно, и многие страны уже начали вводить и в общие курсы, и в курсы для юридических факультетов не только комплаенс, но и в более широком смысле – курсы этики бизнеса. В некоторых странах в фармацевтических колледжах вводятся курсы этики фармацевтической индустрии.

– Как удается находить баланс между стандартами комплаенс и интересами бизнеса – ведь в чем-то они взаимоисключающие?

– Я не думаю, что эти интересы взаимоисключающие. Комплаенс – это выстраивание некоей системы поведения и отношений внутри бизнеса. И очень важно, чтобы вся работа в области комплаенса стала неотъемлемой частью самого бизнеса, и тогда эта система обеспечивает компанию необходимыми ресурсами, инструментами, правилами, системами подготовки для того, чтобы вести бизнес наилучшим образом, в то же время выполняя все существующие требования законодательства и этических норм.

Фармацевтическая отрасль в этом отношении уникальна. Наша отрасль создает продукты, которые в полной мере можно назвать спасающими жизни, они продлевают жизнь или улучшают качество жизни. Чтобы дать своему ребенку лекарство, я должна иметь полное представление о том, как оно было создано, кем изобретено, как испытано, как произведено и врач получил информацию об этом лекарстве. То есть я должна быть на 100% уверена в надежности того пути, которым этот продукт попал ко мне. И для того, чтобы обеспечить соответствующий уровень доверия к нашим продуктам со стороны врачей и пациентов, мы должны добиться уважения к нашей работе на всех стадиях жизни продукта. И поэтому мы должны работать рука об руку с бизнес-подразделениями компании, чтобы добиться полного понимания ими того, что то, что мы делаем, это правильно.

Кроме того, очевидно, что люди предпочитают иметь дело с партнерами, этические стандарты которых находятся на высоком уровне и не вызывают сомнений. И поэтому для бизнеса очень важно самому установить эту планку на высоком уровне, чтобы всем партнерам, кто хочет вести дела с компанией, было понятно, что нам можно доверять. Если ввести в действие программу комплаенс и добиться того, что она работает в полном соответствии со всеми правилами и законодательством, то в результате можно увидеть рост бизнеса на всех уровнях.

У меня очень глубокая внутренняя связь с фармацевтический отраслью, потому что мой отец 42 года проработал в фармацевтической промышленности, занимался научными исследованиями. Потому сказать, что я люблю, что я делаю, это ничего не сказать.

– Благодаря своей длинной семейной истории в фармацевтике вы могли наблюдать, как эволюционировали этические нормы фармацевтического бизнеса…

– Все имеет свои циклы развития, комплаенс тоже прошел несколько этапов, и сейчас мы находимся на стадии подъема уровня требований. Но эта тема всегда присутствовала в фармацевтике, и всегда была важной.

http://riaami.ru/read/l-kvajsser-formula-uspeha-farmatsevticheskogo-biznesa-eticheskie-printsipy-partnerstvo-i-sotsialnaya-otvetstvennost

назад ко всем новостям