Новости

Big data Андрея Шаронова. Беседа о здоровье.

В преддверии Международного Дня Здоровья Президент Московской школы управления Сколково рассказал о силе личного примера на пути к здоровой и осознанной жизни.
Очень честный разговор в преддверии Международного Дня Здоровья 2018 между Президентом Московской школы управления Сколково Андреем Шароновым и Анной Ярвиц, Старшим вице-президентом, Главой Кластера Teva Россия и Евразия, врачом, кандидатом медицинских наук, о закрытости российской системы здравоохранения и о важности создания корпоративной культуры физического и эмоционального здоровья.

Андрей Шаронов знает, что образование способно повлиять на образ жизни. И это во многом отражает то, что происходит в стенах Сколково. Может ли это также стать вкладом в общественное здоровье? Почему самые привлекательные работодатели – это компании, осуществляющие программы здоровья и личного благополучия сотрудников? Из чего состоят инвестиции в здоровье? Как добиться того, чтобы каждый сотрудник компании осознал их необходимость? Какова сила личного примера? Почему неэффективна российская система здравоохранения и что с этим можно сделать? Что стоит за понятием организации здравоохранения? Ответы на самые острые и актуальные вопросы – в беседе Андрея Шаронова и Анны Ярвиц.


Что для вас входит в понятие здоровье?

Первое – это физическое состояние, когда не просто без отклонений работают внутренние системы и органы, а ты чувствуешь себя энергичным, спортивным, способным на результаты выше среднего. Второе – это эмоциональное состояние. Чем больше я об этом размышляю, тем больше понимаю, что эмоциональное здоровье – это основа всего остального. Негативное эмоциональное состояние способно обесценивать даже самую хорошую физическую форму.

Почему важно заниматься своим здоровьем?

Тело – это самое фантастическое, что есть в нашем распоряжении в течение всей жизни. Даже если ты работаешь на термоядерном реакторе, все равно по сложности и возможностям он близко не может сравниться с человеческим телом. И если ты набиваешь чипсами свое совершенное от природы тело, то оно превращается из драйвера существования в обузу и это страшно. Если ты считаешь, что уделять внимание своему телу – ниже твоего достоинства, ты лишаешь себя части радости жизни, новых ощущений и снижаешь свою продуктивность.

Вы так увлеченно об этом рассказываете…

Я всегда увлекался анатомией и физиологией. Помню, как на школьной олимпиаде по биологии я рассказал все про 7 пястных костей. Они были удивлены, а мне было все это очень интересно.

Что это значит: инвестировать в собственное здоровье?

Когда я выбираю еду, я инвестирую в свое здоровье, когда я пытаюсь ложиться спать вовремя, это тоже инвестиции в свое здоровье. А смысл в том, на мой взгляд, что это должно стать частью привычного образа жизни. Чтобы ты не принуждал себя каждый раз, а просто делал это в удовольствие. Еда, сон, образ жизни и образ мысли тесно взаимосвязаны.

Получается, что знать себя и заниматься собой, в принципе, можно. Более того, это может даже доставлять удовольствие.

Да, вот и я об этом хотел сказать. Это интересно. Когда ты начинаешь смотреть, как твой организм реагирует на воздействие, ты уже не просто в пассивном режиме, а делаешь какие-то выводы из результатов, начинаешь что-то в себе менять, потом всё проверять.
Да, это «big data самого себя». Big data Андрея Владимировича Шаронова.

А какой образ жизни вы ведете?

Если говорить о физических упражнениях как об инвестициях в здоровье, то лично я делаю каждое утро зарядку и бегаю 5-6 раз в неделю примерно по часу. Чем мне нравится бег, так это тем, что бегать я могу в любой обстановке: в командировке, дома, на работе. Задержался на работе, переоделся, выбежал, вокруг здания побегал, а потом уже домой уехал. Пришел поздно домой, вышел за калитку, сделал пробежку.

Утренняя зарядка занимает примерно 20-30 минут, и это уже такая выработанная привычка, без которой я чувствую себя не очень хорошо и физически, и морально, мне чего-то не хватает. Даже когда болею, я стараюсь ее делать, потому что это помогает прийти в себя.

Я делаю зарядку примерно в течение 10 лет. Эти упражнения – результат «эволюции», когда базовый комплекс постепенно увеличивался. Однажды в Китае я подглядел гимнастику цигун и тай-чи, стал заниматься, читать книги. И мне показалось, что это очень важно: и для физического самочувствия, и для эмоционального. Ну и, как говорят сами китайцы, – для духовного состояния тоже. И с тех пор я и включил эти упражнения в свой комплекс.

Сейчас, когда я с кем-то занимаюсь, показываю все, но объясняю, какое упражнение для каких целей, чтобы люди могли выбрать. Потому что, если их все делать, это получается почти 40 минут. Мало кто себе может позволить 40 минут заниматься. А если выбрать, то комплекс займет 15-20 минут, но при этом ты можешь обратить внимание на ту или иную часть тела, на разные группы мышц. Поэтому я накапливаю такие вещи и стараюсь их по мере необходимости использовать.

Из президента – в тренеры?

Мне сначала показалось это забавным, странным, а потом я понял, что недооцениваю влияние этого на людей. А люди, даже высокопоставленные, видят, что для меня это повседневная вещь, что я подтянутый человек, что я делаю это не для них, а для себя, каждый день. Я объясняю, что я это делаю для стабильно хорошего самочувствия, а не для того, чтобы у меня были какие-то эффектные формы. И они, как здравые люди, постепенно тоже к этому приходят.

Что сложнее: менять себя или помогать меняться другим?

У меня ощущение, что это вещи очень близкие и взаимосвязанные. Как только ты переходишь какой-то барьер в том, чтобы нормально смотреть на себя, у тебя сразу же исчезает барьер в отношениях с другими людьми. Ты спокойно начинаешь с ними на эту тему говорить. Как только ты начинаешь им говорить что-то, чего ты не делаешь сам или ленишься, или не можешь, или не хочешь, у тебя появляется внутренняя неуверенность. И ты можешь, конечно, нахмурить брови и создать впечатление, что ты знаток, но всё равно становится неловко или даже противно. А как только ты начинаешь сам что-то делать, у тебя появляется полная уверенность и моральное право это транслировать другим, и тебе становится легко. В этом смысле сначала и то и другое трудно, а потом и то и другое легко.

Как ваше представление о заботе о собственном здоровье влияет на коллектив, которыми вы руководите?

Я всегда старался не насаждать, а демонстрировать культ приверженности здоровью, физкультуре, спорту – играл в футбол, приобщал коллег. Я думаю, образ такого подтянутого руководителя все равно так или иначе влияет на коллектив и при прочих равных условиях является стимулом для других. У меня есть идея, что изменение образа жизни должно стать особым предложением нашей школы. Вы приходите сюда не только, чтобы получить знания или изменить внутренние установки, касающиеся профессиональной деятельности, но и пересматриваете свое отношение к важной части культуры – образу жизни и начинаете предпринимать меры, которые влияют на него, а значит, и на вашу личность. В нашем кампусе такая возможность есть: спустился на два этажа – и пожалуйста, есть все для занятий физкультурой и спортом.

Как вы относитесь к тем, кто демонстрирует свои вредные привычки?

Их зачастую дискриминирует их собственное окружение, и это правильный подход. Относясь подчеркнуто негативно, скажем, к курению, компании создают определенную культуру. И люди начинают прекращать курить не потому, что это плохо для здоровья, а потому, что это не круто. Здесь скрыт огромный потенциал – в области моды или принадлежности к какой-то группе. Даже если ты полный балбес в вопросах здоровья, но твоя группа, принадлежностью к которой ты почему-то дорожишь, демонстрирует приверженность здоровому образу жизни, ты следуешь за ними. На мой взгляд, это высший класс, когда создается культурная среда, которая приводит людей к позитивному результату.

В чем залог успеха создания культуры здоровья в компании?

Очень важная и ключевая тема – это пропаганда здорового образа жизни. Это сила личного примера и примера людей, которые референтны для тебя. Ты можешь прочитать кучу научной литературы, тебя могут пилить родители, но если есть человек, который тебе нравится по разным причинам – нравится внешне, нравится, что он говорит, нравится его деятельность в рамках занимаемой должности, – это очень важный аргумент. Для многих это работает. Если люди, которые задумались раньше других о здоровом образе жизни, начнут об этом говорить, демонстрировать его результаты, это будет иметь большое значение. Это намного эффективнее, чем приводить посторонних людей, которые будут рассказывать о пользе здорового образа жизни.

Я с большим уважением отношусь к людям, которые стараются как можно дальше держаться от вопросов лечения, но делают акцент на образе жизни и недопущении болезней. Мне по душе, когда тему «Здоровый образ жизни» ставят в основу подходов не к оказанию медицинской помощи, а именно к организации взаимодействия с населением по вопросам качества жизни.

Какие вопросы в области общественного здоровья, на ваш взгляд, самые важные?

Для меня вопрос номер один – это организация здравоохранения, утверждение одноканальности. Мы декларировали одноканальность финансирования, но по факту ее так и не достигли. Мы точно не знаем, сколько стоит то или иное лечение, та или иная услуга. С точки зрения экономики – это разрушение всей модели.

Еще одно: в экономике есть такое важное понятие – асимметрия информации. Оно означает, что две стороны любой сделки владеют существенно разными объемами информации. Мне кажется, что один из предельных случаев асимметрии информации – это медицина. Очень давно я для себя решил, что это та ситуация, когда должен быть компетентный посредник, который по знаниям был бы сопоставим с врачом, но оппонировал бы ему с точки зрения пациента.

Вы создали в Школе управления Сколково центр экономики и управления в здравоохранении. Как раз при этих обстоятельствах мы и познакомились. Почему несколько лет назад было принято такое решение и какие задачи стоят перед этим центром прямо сейчас?

Я имею некое представление о макроэкономике с точки зрения затрат на ту или иную отрасль в стране и с точки зрения ее эффективности. У меня ощущение, что за «тучные» годы денег на здравоохранение было потрачено очень много. Но эффект от этих денег был ниже ожиданий. На мой взгляд, в здравоохранении множество «скелетов в шкафу», которые мы унаследовали еще из прошлого. В здравоохранении гораздо больше ханжества, когда мы боимся называть вещи своими именами. Мы как заведенные продолжаем говорить о бесплатном здравоохранении, хотя сами давно с этим не живем. И никто не живет. Одни покупают дорогие платные медицинские услуги, другие «вознаграждают» медсестер в государственных поликлиниках и клиниках. По-другому это уже не работает или работает совсем плохо.

По-моему, здравоохранение – одно из самых консервативных и самых закрытых профессионально-кастовых сообществ. Это приводит к тому, что данная система как часть экономики не развивается. Хотя, с точки зрения формальной экономики, это одна из тех областей, в которой люди будут всегда продолжать платить. За еду и за здоровье люди будут платить последние деньги.

У нас нет ни мужества, ни квалификации сказать об этом открыто. Профессиональное медицинское сообщество, по большому счету, не стремится к разрешению этой ситуации. При этом, на мой взгляд, эти люди не понимают, что часть необходимой им компетенции никакого отношении к здравоохранению не имеет. Они смешивают здравоохранение и управление, что приводит ко многим проблемам, требующим свежего взгляда и новых подходов к решению. Здесь большое поле для деятельности как людей, которые предоставляют медицинские услуги, так и людей, которые работают в сфере управления этими медицинскими услугами. Вот поэтому мы туда пришли.




Автор: Анна Ярвиц